Наибольшее количество таштыкских масок собрано в каменных сооружениях, условно называемых склепами V-VI вв. В могилах, находящихся в склепах, как и в могилах курганов хунно-сарматского времени, одновременно хоронили десятки покойников, причем с соблюдением одинаковых похоронных ритуалов, отражающих единое мировоззрение о переходе умершего в загробный мир. На практике это было так: сначала делали временное захоронение, затем "оживляли" усопшего - создавали манекен и спустя время происходило признание окончательной смерти - на лице манекена лепили маску с закрытыми глазами и сомкнутыми губами, как у мертвого человека. Однако, если раньше временно хоронили трупы, а манекены изготавливали на скелете (после эксгумации), то теперь труп сжигали, а пепел человека в виде сожженных косточек размером в среднем 1,5 - 3 см становился основой манекенов или их голов. От взрослого кремированного человека оставался 1 кг (или чуть более) косточек, но только часть его (250 - 800 г) помещали в берестяной туесок или кожаный мешочек, который туго обматывали травой и обертывали кожей. На лицевой стороне плотной кожаной болванки обозначали впадины глаз, рта, пришивали нос. Эти головы погребальных кукол символизировали "живого или ожившего покойника", пока на них не была слеплена маска [Вадецкая, 2005, с. 141, 146, табл. 2, 4]. Различия в размерах кожано-травяных голов и форме носов определяли некоторую индивидуальность масок, даже при схематичности остальных черт лица. Тем не менее опознать конкретного покойника по маске без ее росписи было трудно (рис. 1). К сожалению, роспись на масках к моменту раскопок склепов сохраняется крайне редко, поскольку камеры вместе с имитациями мертвых сжигали и при их горении маски, как правило, пропитывались продуктами органики - кожи, ткани, бересты - и даже частично обжигались. В результате они становились темно-серыми, темно-коричневыми и черными. Но даже у самых темных внутренние слои оставались белыми. Следы краски на поверхности обнаруживаются невоор ... Read more