В последней трети XIX в. одной из главных тенденций мировой политики стала борьба Британской и Российской империй за влияние в континентальной Евразии. В этой "Большой игре" Великобритании и России определение границ сфер влияния зависело исключительно от военно-политического потенциала двух империй. Российская экспансия в Центральной Азии вызвала у политической и военной элиты Великобритании ощущение серьезного вызова, перерастающего в прямую угрозу безопасности Британской Индии. Большинство британских политиков, чиновников и экспертов понимало гипотетичность угрозы России и отсутствие у нее ресурсов для прямого вторжения в северо-западную Индию. В то же время обеспечение безопасности северо-западного фронтира требовало рассматривать гипотетические угрозы в качестве реальных. Кроме того, в британском истеблишменте прекрасно понимали, что и при невозможности вторжения регулярных войск российские агенты смогут создать множество проблем своей антибританской деятельностью в Афганистане. Самым уязвимым местом в системе обеспечения стратегической безопасности Индии являлась ее северо-западная граница. На этом участке границы Гималайский хребет являлся практически непреодолимой преградой от вторжения из Китая, и, естественно, никто ни в Великобритании, ни в Индии такого вторжения не опасался. Но на другой части фронтира, обращенной к территории России, хребет Гиндукуш разделял Афганистан на западную и восточную части. Таким образом, теоретически российская армия получала возможность вторгнуться в долину Инда из Закаспийского Туркестана по равнине западного Афганистана через Герат и Кандагар. И в имперском правительстве в Лондоне, и в резиденции вице-короля в Симле Гиндукуш рассматривали как границу британской и российской сфер влияния в Центральной Азии. Ключевые слова: Британская империя, Российская империя, Индия, Афганистан, граница, безопасность, племена. В 1874 г. британский премьер-министр Б. Дизраэли заменил вице-короля Индии лорда Нортбрука на лорда Литтона, что о ... Read more